21 ноября 2018 г. 04:46



Слава самарского футбола

Виктор Мурзин

О той легендарной эпохе в нашем футболе написано много. Было о чем писать. Один уникум Бобров чего стоит. А Пайчадзе с Симоняном, а Дементьев с Блинковым, Нетто и Седов, Татушин и Виньковатов... Их игрой наслаждались и восхищались. И самой высокой наградой форвардам стала любовь тех, кто на рубеже 40-50-х годов видел их, что называется, в деле. Как, впрочем, и уважение следующих поколений почитателей мужественной игры.

Но, отдавая должное мастерам атаки, не забудем игроков другого амплуа. Защитников. Со стороны их "работа" не столь зрелищна, но цена ошибки Бека ни в какое сравнение не идет с промахом нападающего. Глядя на удар в "молоко", трибуны поначалу разочарованно ахнут, затем незлобивым матерком откостерят незадачливого "снайпера", да и тут же позабудут о неприятном эпизоде. Зато к защитнику футбольный люд беспощаден. И как приговор: "Дыра". Без скидок на именитость соперника.

Да, противостоять целой плеяде футбольных талантов (и не раз-другой, а годами!) - на это требуется изрядное умение. Виктор Михайлович Мурзин им обладал. Финты Боброва, Федотова, Пайчадзе против него не проходили. Одно слово - стержень обороны. Для информации: тогда все команды исповедовали систему "дубль-вэ". Это когда впереди пятеро, а в обороне - трое.

Редкий случай: однозначно утверждать, что, дескать, Виктор Мурзин достиг вершин мастерства сверхупорным трудом - значит говорить полуправду. Вернее - не всю правду. Тут уместнее термин "дар". Ну, вот так сложилось: рос паренек, крепчал, заинтересовался футболом, вышел на поле - и получилось. Хорошо получилось. Самородок засверкал.

Однако не будем забегать вперед. До поры о таком понятии, как "футбол", Виктор и не знал. Другие были заботы.

...Было их у матери шестеро. Пять братьев и сестра. Жила семья в Старом Буяне. Хозяйство держалось на старшем брате Иване. До начала тридцатых. Потом пришел голод...

Иван, захватив Виктора, уехал на заработки в Актюбинск, остальные подались в Самару. Туда же через год перебрался и Виктор. Устроился на ЗИМ фрезеровщиком. Дальше так: днем - у станка, а вечером... После смены парень домой не торопился. Шел на стадион "Зенит" (сейчас "Волга") и допоздна наблюдал за диковинной для крестьянского парня игрой. Потом сам попробовал, да так, что с хода закрепился в "основе" взрослой команды. Даже в войну Мурзин хоть изредка, но на поле выходил. Благо было с кем: в Куйбышеве в то время среди рабочих и специалистов, эвакуированных на Среднюю Волгу вместе с заводами из Воронежа и Москвы, нашлись футболисты весьма приличного уровня.

30 мая 1945 года Всесоюзный комитет по делам физической культуры и спорта при Совнаркоме издал распоряжение N 91 "Об утверждении состава футбольной команды мастеров Куйбышевской организации спортивного общества "Крылья Советов". Вот он, этот список. Передо мной. Пятнадцать фамилий. Пятнадцать судеб. Коренной самарец один - Виктор Мурзин.

Нам, ныне живущим, никогда, наверное, не испытать той радости в душе, с которой тогда шел на стадион истосковавшийся по футболу народ. Народ- победитель. Повсеместно битком забитые стадионы страны - и куйбышевские "Локомотив", и с 1948 года "Динамо" - исключения не составляли. Само собой, парни в футболках это прекрасно чувствовали. Понимали: плохо играть нельзя! Потому "пахали" на газоне на совесть. В том числе опорный защитник "Крылышек".

Девять лет он защищал честь родной команды, испытал с ней все взлеты и падения. И остался верен ей до конца.

Его как-то сразу полюбил взыскательный куйбышевский болельщик. Когда по стадиону объявляли: "Номер третий - Виктор Мурзин" - в ответ с трибуны всегда раздавались аплодисменты. И призыв: "Мурза, не подкачай!" Тот не подводил. Да, почти за 180 игр за "Крылья" он голов не забил, но, с другой стороны, не сосчитать сколько раз стоппер волжан брал верх в "дуэлях" с корифеями атаки из ЦДКА, киевского, тбилисского и столичного "Динамо", "Спартака", "Торпедо". В общем, человек на своем месте. Место это - центрального защитника - прочно закрепилось за Виктором.

Вспоминает заслуженный тренер СССР, заслуженный мастер спорта Виктор Иванович Карпов, семь лет (с 1947 по 1953 гг.) вместе игравший с Мурзиным.

- Внутри у него был какой-то особый механизм. Этакое "реле". Переход к полярным состояниям у Мурзина проходил мгновенно: то он расслаблен, то - предельно внимателен, всплеск эмоций (исключительно спортивных) через долю секунды сменяется олимпийским спокойствием. Добавлю к тому его отменную физподготовку, пластичность, аккуратное обращение с мячом, по-настоящему игровую неуступчивость, интуицию, и станет ясно, почему ему тренеры доверяли нейтрализацию центрфорвардов. И с этим он справлялся как надо.

В подтверждение еще два эпизода. Жена Мурзина, Галина Алексеевна, рассказала мне, как в концовке матча "Крыльев Советов" с тбилисским "Динамо" вконец отчаявшийся от бесплодных попыток найти лазейку к воротам хозяев прославленный Борис Пайчадзе со всем свойственным южанину темпераментом - и, самой собой, акцентом - пожаловался своим тренерам: "Рябый совсем не дает продохнуть!" Рябый (то есть, конечно, рябой) - это защитник Мурзин.

Вспоминает болельщик с более чем полувековым стажем Николай Емельянович Спирченков:

- "Перед началом каждой встречи ЦДКА с куйбышевцами Всеволод Бобров подходил к третьему номеру и спрашивал: "Мурза, ты дашь мне сегодня сыграть?" В ответ "князь Всеволод" получал лишь улыбку...

Он играл надежно, нестандартно и самобытно. Его любили на трибунах и уважали в команде. В 1950-м ему доверили капитанскую повязку, через год основной защитник "Крыльев" получил звание мастера спорта. Мурзину тогда "стукнуло" 32. Футбольная зрелость.

Его крепкое от природы здоровье позволило находиться в "основе" до лета 53-го. Уже к тому времени все знали: Михалыч неравнодушен к спиртному. И поручительство команды, и страдания жены, нянчившей малолетних сына и дочь вот-вот должны были перевесить, но... Сил у Виктора на "завязку" не хватило. Разошелся с женой. Да и горе-болельщики хороши. После игры выйдет игрок из раздевалки - они тут как тут. - "Пойдем, Витя, по кружечке". Начиналось-то с одной, а кончилось вовсе плохо. Правда, не сразу. Без футбола Виктор Михайлович себя не мыслил. Работал тренером в "Трудовых резервах", с 1955 по 60 гг. - в КФК "Искра" завода КАТЭК. А выпивать - выпивал. Никак не мог себя преодолеть. Жизнь пошла под уклон. Рабочий в столовой, грузчик в магазине... В последние годы жил бобылем. Умер в 1990 году. Сердце остановилось.

В конце сороковых "Волжская коммуна" писала: "Центр защиты - Виктор Мурзин... Спокойный, всегда уравновешенный в игре. Лучшие центральные нападающие страны в единоборстве с Мурзиным теряли свои качества...". Запомним это. И помолчим.

Е. Есин
"Волжская Коммуна"
30 мая 1998 года.

© 2000-2018 Официальный сайт ФК "Крылья Советов" Самара. При использовании материалов сайта ссылка обязательна. v3.90 beta. Created by A. Kalmykov & A. Nikolaev.