21 ноября 2018 г. 04:46

Галимзян Хусаинов

Родился 27 июня 1937 года в селе Новое Иглайкино Октябрьского района Татарской АССР. Левый крайний нападающий и полузащитник. Заслуженный мастер спорта СССР, член Клуба Г.Федотова (145 голов).

Провел 33 матча за сборную команду СССР (4 гола). Чемпион СССР 1962, 1969 годов. Обладатель Кубка СССР 1963, 1965, 1971 годов. Восемь раз назывался в числе 33 лучших футболистов страны. Начал играть в 1953 году в Куйбышеве в юношеской команде "Динамо". В "Крыльях Советов" — 1957-1960, в московском "Спартаке" — 1961-1973. Капитан "Крыльев" в 1960 году, капитан "Спартака" — 1967-1972.

В чемпионатах СССР провел 410 матчей, забил 115 голов (из них в "Спартаке" — 346, 102).

А все-таки замечательная вещь — телевизор! Вот ушли в 50-е годы из "Крыльев Советов" К.Крижсвский, А.Гулевский, В.Ворошилов и наряду с красивыми легендами оставили в душах болельщиков щемящее чувство потери. Ведь потом они выходили на поле куйбышевского стадиона "Динамо" в майках других клубов, "рубились" со своими, а противника можно уважать, но... не любить.

Г.Хусаинов, В.Бреднев, Н.Осянин, В.Сахаров — игроки более поздних поколений, тоже играли против земляков за столичные команды, не щадя ни себя, ни соперников. Однако остались в памяти волжан "родными", поскольку уже появилось телевидение, которое дало возможность в полной мере оценить расцвет их талантов в "нейтральных" матчах (это когда уже не за своих, но против чужих). Про гордость за сборников и говорить не надо! Галимзян Хусаинов первый в этом ряду и по хронологии, и по таланту, да, наверное, и по степени "родства".

Куйбышевские мальчишки шестидесятых во дворах и на заводских стадионах старались копировать дриблинг Гили (так, по-семейному, звали и зовут его все, кто любит футбол). Финты Хусаинова, подсмотренные на голубом экране, позволяли обыгрывать более рослых, физически более сильных соперников, молнией проскакивать к чужим воротам. Наклон влево, потом вправо, снова влево (защитник невольно превращается в твое зеркальное отражение). И вдруг легкая подсечка мяча внешней стороной стопы через ногу опекуна, рывок вправо — и соперник уже за спиной. Показываешь второму, что хочешь уйти еще правее, а сам убираешь мяч под себя, под левую — и второй защитник "косит" в подкате пустую траву...

Самым координированным, самым резким пацанам порой удавалось скопировать такою же невысокого, как они, Гилю. Прорывы в стиле Хусаинова были предметом гордости и зависти. Но выигрывать при росте 164 см воздушные дуэли в чужой штрафной площадке, как это делал мастер, — эх, об этом можно было только мечтать!

Однако мало кто знает, что карьера великого игрока, едва начавшись, могла и не состояться. В середине 50-х Хусаинов успешно совмещал футбол с игрой в русский хоккей, выступал за куйбышевский "Труд". Собственно, на льду и была заложена база его феноменальной скоростной выносливости. И вот, накатавшись за зиму 1957/1958 годов на коньках (став, между прочим, лучшим нападающим чемпионата страны по хоккею в классе "Б"), Гиля слабенько начал сезон в дубле "Крыльев Советов". И после проигрыша от резервистов московского "Локомотива" главный тренер куйбышевцев А.К.Абрамов бросил молодому нападающему в сердцах: "Все, хватит! Сдавай форму!"

Следующая игра "Крыльев" была с московским "Торпедо". Хусаинов скромно примостился на трибуне среди прочих зрителей. И вдруг минут за 20 до начала выясняется, что футболист, который должен был его заменить, на поле выйти не может (у парня то ли на нервной почве, то ли чего-то съел, началась "медвежья болезнь").

— А где у нас Хусаинов?! — кричит разъяренный главный тренер. — Как это на трибуне?! Чего он там забыл? Мигом переодеваться!

Пулей прилетевший на зов Гиля растерянно пожимает плечами:

— Так ведь мне сказали... Я и бутсы с собой не взял.

— Забери у засранца! — сверкает глазами Абрамов.

А надо заметить, размер ноги у Хусаинова 38-й, бутсы же ему предлагают 41-го. Тем не менее он обувает то, что есть, и через 15 минут "ставит на уши" будущих звезд отечественного футбола Маношина и Шустикова. Об отчислении Абрамов больше не вспоминал, через пару недель он выпустил Гилю на поле уже в основном составе.

Этот эпизод ветераны "Крыльев" сейчас вспоминают со смехом, как анекдот, но он в известной степени символичен. Что делает обычный человек, прежде чем взяться за какое-то дело? Примеряет: по плечу ли оно ему? Хусаинов всегда без лишних слов брал на свои плечи столько нагрузки, сколько выпадало. И никогда не роптал. И не ломался... до поры. Его девизом были слова главного героя фильма "Парень из нашего города": "Когда надо, русские танки летают".

Вот что писал о Г.Хусаинове патриарх советского футбола Н.П. Старостин:

"Галимзян — из славного племени маленьких гигантов футбола. Рельефный верх и крепкие ноги свидетельствовали о больших запасах силы и здоровья. В игре Галимзян был неутомим. Когда-то в "Крыльях Советов" он играл правого инсайда и привык все девяносто минут беспрерывно гоняться за мячом от своих до чужих ворот и обратно. Он проделывал в сборной и в "Спартаке" тот же колоссальный путь, часто даже вопреки советам тренеров и собственным интересам.

Но трудолюбие, как известно, дело беспроигрышное. На любом поле, при всякой погоде, в самых трудных игровых ситуациях Галимзян являл пример стойкости, бодрости, воли к победе. Эти чудесные качества делали его любимцем тренеров, да и не их одних. Даже противники, которых он столь часто ставил в трудное положение, не позволяли себе в игре против него запрещенных приемов. Покоренные вежливостью Галимзяна, они невольно отвечали ему тем же".

К этим наблюдениям надо добавить, что в юношеской команде Г.Хусаинов играл не инсайда, а вообще центрального нападающего! При системе "дубль — ве" на эту роль во всех командах тренеры подбирали ребят повыше и посильнее, а М.А.Сенин предлагал соперникам "киндер-сюрприз" в виде Гили, и сладу с этим "легким танком" не было никакого.

Ну а кто может рассказать лучше об обаянии Хусаинова-человека, чем его жена Любовь Леонидовна?

— Мы познакомились с Гилей 40 лет назад. Я помогала Володе Бредневу делать чертежи для железнодорожного техникума, а он как-то раз привел к нам домой своего приятеля. Не буду врать, сразу он впечатления на меня не произвел. За мной тогда ухаживали ребята и побойчее. Но вот возвращаюсь я как-то поздно вечером с набережной, а он сидит у нас дома и уютно так за чашкой чая беседует с моей мамой, ждет. Другой раз ждет, третий... И я настолько привыкла к Гилиным визитам, что стала скучать, если он долго не появлялся.

Галимзян ведь по натуре своей "старший брат". Многодетная семья, в которой он рос, рано осталась без отца, и роль кормильца на себя взял 17-летний Гиля. Он опекал мать и троих младших братьев даже после того, как мы поженились и уехали в Москву. играя за "Спартак" и получая 180 рублей в месяц, половину зарплаты регулярно отправлял в Куйбышев.

И меня всегда защищал, правда, в первую очередь от... некоторых своих родственников. Если откровенно, мать Галимзяна хотела, чтобы ее сыновья женились обязательно на татарках. Увы, не только Галимзян, но и другой сын, Халиль, взял в жены русскую девушку.

Застенчивость же, которая бросилась мне в глаза при первой встрече, была не от зажатости, а от внутренней культуры.

Как утверждают друзья, Хусаинова трудно, почти невозможно было вывести из душевного равновесия. Существовал только один способ всерьез рассердить его — это сказать какую-нибудь гадость про джаз или неожиданно выключить магнитофон, когда пел, например, Фрэнк Синатра. Меломаны Москвы и Куйбышева с нетерпением ждали возвращения Хусаинова из каждого зарубежного турне, потому что знали: Гиля обязательно привезет свежие диски и, душа-человек, даст их переписать.

Очень конкретный на поле, очень обязательный в жизни, в душе Галимзян оставался романтиком. Вот какое необыкновенное воспоминание самого Хусаинова о своем детстве нашел я в газете "Московский комсомолец" 30-летней давности:

— Мы играли в Куйбышеве двор на двор, улица на улицу, но нельзя же каждый раз встречаться с одними и теми же соперниками! И вот, создав сборную, мы отправились в дорогу, чтобы сыграть товарищеский матч с командой какого-то (уже не помню названия) пионерского лагеря. Два часа плыли по Волге на пароходе, потом шли километров двадцать пешком и наконец добрались до цели. Как сыграли? Тоже забыл. Помню дорогу обратно опять пешком по лесам, по полям... Это была не просто поездка за город, это было настоящее пу-те-шест-ви-е! Мир раздвинул привычные рамки. Вернувшись домой, в коммуналку на шесть семей, я чувствовал себя почти Колумбом. И все — благодаря футболу!

Позднее, благодаря футболу, Галимзян объехал весь мир; и жену свою Любашу старался как можно чаще отправлять в зарубежные турпоездки. Потому что хотел поделиться с самым близким человеком этой детской радостью открытия.

Сам же он ездил уже не счастливым ротозеем, не только за тем, чтобы других посмотреть, главным образом — себя показать. Хусаинов — участник чемпионатов мира в Чили и Англии, автор ответного гола в историческом финальном матче Испания — СССР да Кубок Европы (к сожалению, ни И.Числснко, ни В.Иванов, ни В.Понедельник не развили успех Галимзяна, а хозяева поля в самом конце игры забили-таки свой второй, победный гол).

У самарских болельщиков со стажем, конечно, есть к нему претензии: рано покинул родную команду, да еще в 1960 году, сразу после провального сезона. Но, во-первых, в команде и без Галимзяна уже были игроки, способные вернуть "Крылья Советов" в класс "А"; во-вторых, Хусаинов-то был менее всех виноват в командной неудаче. Капитан "Крыльев" бился в каждом матче как лев. Играл настолько ярко, что по итогам сезона был назван среди 33 лучших футболистов страны. И еще в августе того года главный тренер сборной СССР Г.Д.Качалин пригласил левого края команды-аутсайдера на матч в ГДР, а после игры в Лейпциге посоветовал: если хочешь и дальше выступать за сборную, перебирайся в Москву. "Тебе, парень, нужен сильный коллектив, чтобы не остановиться на достигнутом, расти".

Гавриил Дмитриевич составил Галимзяну протекцию сначала в ЦСКА (армейскому начальству мало похожий на гренадера игрок не приглянулся), затем в "Спартак". "Спартак" переживал очередную смену поколений, в чемпионате 1960 года был только седьмым. Но через год усилиями новобранцев Хусаинова, Логофета, Рейнгольда, Ю.Севидова поднялся на третью ступеньку пьедестала почета. В 1962 году выиграл чемпионат и таким образом вернулся в элиту советского футбола. Причем решалась судьба золотых медалей в киевском матче (2:0), и первый гол динамовцам заколотил Галимзян Хусаинов.

История, как известно, не знает сослагательного наклонения, однако ее время от времени пытаются... переписать. Почему? Да потому, что не может человек в жизни без извечного "если бы да кабы", без попыток забыть кое-что из содеянного и польстить себе обилием имевших место вариантов. Неуютно было бы человеку без этой "шелухи"...

4 сентября 1965 года в Москве в товарищеском матче против сборной Югославии спортивную честь Советского Союза отстаивали сразу трое куйбышевцев: Галимзян Хусаинов из "Спартака", Борис Казаков из ЦСКА и Альфред Федоров из "Крыльев Советов". Правда Федоров играл в первом тайме, а Хусаинов и Казаков вышли на замену во втором. Сборная СССР под руководством Н.П.Морозова готовилась к чемпионату мира, шел поиск оптимального состава. Увы, главный тренер подбирал исполнителей под уже придуманную схему, а не искал... готовых связок. Если бы куйбышсвцы оказались на поле вместе, глядишь, и не закончился бы тот матч со счетом 0:0. Если бы в Англию поехал не один Хусаинов, а вся (!) тройка, может быть, не написал бы Н.П.Старостин позже: "В Англии триумфа не получилось. У Галимзяна оказались партнерами игроки разностильные, найти общий язык с которыми он так и не сумел".

Никита Павлович Симонян, главный тренер "Спартака" тех лет, в книге "Футбол — только ли игра?" вспоминает:

— О Галимзяне можно было сказать лишь одно: побольше бы таких ребят в команде. Всегда доброжелательный, золотой человек и одаренный, самоотверженный игрок.

В 1963 году Галимзян играл за нашу сборную в Италии. Вернувшись домой, не отдохнув, сразу отправился на тренировку в Тарасовку. Я встретил его в электричке. Ехали, разговаривали, он интересно рассказывал о матче, который наши сыграли с итальянцами. А в Тарасовке ребята тотчас отвели меня в сторону и сообщили, что у Галимзяна дома только что случилось страшное — погибла маленькая дочка, выпала из окна пятого этажа.

Вся команда переживала вместе с ним горе. Нам предстояла поездка на игру в Баку. Взяли с собой и Галимзяна с женой, надеялись, что все-таки полегче им будет с нами. О том, чтобы Галимзян участвовал в матче, даже и подумать не могли. И вдруг в день игры он сказал: "Я выйду на поле". Я ответил: "Хорошо, Гиля, делай, как тебе лучше...".

А ему действительно в самой тяжелой игре было лучше, легче, чем в жизни. Потому что на зеленом поле можно исправить допущенную ошибку, спасти даже безнадежно проигрываемый матч. Здесь почти все зависит от тебя, здесь очевидны твои промахи, но и успехам тьма свидетелей. Если бы и в жизни было так, если бы и в жизни было все по правилам.

Пока были силы, пока была Игра, Галимзяну казалось: он может пережить любую беду. Но в 36 лет все-таки пришлось повесить бутсы на гвоздь и образовался вакуум, который не смогла заполнить тренерская работа. Хороший тренер, как ни крути, должен быть диктатором, твердо требовать выполнения своих установок. А он твердым мог быть только на поле.

Он пытался жить воспоминаниями, да посиделки с друзьями скоро привели к банальному пьянству. А следом нагрянула болезнь, тяжелая болезнь головного мозга (очень похожий недуг вырвал недавно из жизни предшественника Хусаинова на капитанском мостике "Спартака" Игоря Нетто).

Героическими усилиями Любови Леонидовны жизнь Галимзяна Салиховича удалось спасти, но атрофировалась часть клеток головного мозга, и следствием этого стали провалы в памяти, плохая ориентация на открытой местности, беспомощность в быту.

Любовь Леонидовна, его Любаша, не даст порваться ниточке, соединяющей Гилю с лучшей половиной его жизни. Но это и ее лучшая половина, память, ради которой стоит жить. И по-прежнему открыт дом Хусаиновых для настоящих друзей. Они не бросили ветерана в беде.

— Поначалу было трудно, — вспоминает Л.Л. Хусаинова. — Ведь сбережений, пока Галимзян играл за "Спартак", за сборную страны, мы не накопили. Он был щедрым человеком, из каждой зарубежной поездки привозил родным и близким подарки, да и про меня не забывал, покупал драгоценности. Вот как раз они и выручили в первое время. А потом на помощь пришел бывший спартаковец Толя Коршунов, который образовал фонд поддержки. Три года назад на московском стадионе "Алмаз" друзья устроили в честь 60-летия Галимзяна большой футбольный праздник. Президент "Спартака" О.И.Романцев выдал Хусаинову пожизненный сертификат, по которому мы ежемесячно получаем 200 долларов. Ну и я работаю...

Жизнь продолжается, сегодня в ней нет громких побед и звона золотых медалей, но есть друзья. А это главное.

В.Чечурин
© 2000-2018 Официальный сайт ФК "Крылья Советов" Самара. При использовании материалов сайта ссылка обязательна. v3.90 beta. Created by A. Kalmykov & A. Nikolaev.